Несостоятельность (банкротство) банков

скачать (862.3 kb.)

  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Омский Государственный Университет



Юридический факультет
Кафедра гражданского права и процесса


Дипломная работа
Д.С. Диденко
“Несостоятельность (банкротство) банков”.


Научный руководитель:

Ассистент Е.В. Семьянов.



Омск 2000г.



СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. Понятие и признаки банкротства


    1. Развитие института несостоятельности (банкротства)

    2. Понятие и признаки несостоятельности (банкротства)

Глава II. Особенности банкротства банков

2. 1. Общая характеристика досудебных процедур банкротства банков

2.1.1. Меры по предупреждению банкротства кредитных организаций

2.1.2. Меры по финансовому оздоровлению кредитных организаций

2.1.3. Временная администрация по управлению кредитной организацией

2.1.4. Реорганизация кредитных организаций как мера по предупреждению банкротства

2.2. Наблюдение

2.3. Конкурсное производство

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

В любой цивилизованной стране с развитой экономикой одним из основных элементов механизма правового регулирования рыночных отношений, является законодательство о банкротстве. Не обошел вниманием этот вопрос и российский законодатель.

Правовой институт несостоятельности (банкротства) - институт комплексный, включающий в себя нормы гражданского права, гражданско-процессуального права, административного права и уголовного права. Специфика этого института определяется тем, что его функционирование возможно только в рамках рыночной экономики, причем достигшей определенного уровня развития.

Конкурсное право и процесс преследуют одновременно несколько целей: ликвидировать убыточные предприятия, которые не способны функционировать, принося прибыль; вовремя выявить должников, которые терпят временные финансовые трудности, обладая значительным производственным потенциалом, и помочь им преодолеть эти трудности; создать процедуру признания банкротом физических лиц (как имеющих статус индивидуального предпринимателя, так и не имеющих такового статуса); защитить права, как кредитора, так и должника при проведении конкурсного процесса вообще и конкурсного производства в частности.

Существование института банкротства обусловлено несколькими причинами. Во-первых, необходимо оградить экономический оборот и его участников от последствий неэффективной работы тех из них, кто проявил неспособность надлежащим образом исполнять принятые на себя обязательства, если эта неспособность приобретает стойкий характер. С одной стороны возникает необходимость устранения из оборота такого участника. С другой стороны, желательно попытаться сохранить его как производителя товаров, работ или услуг и работодателя. При этом в обоих случаях, поскольку юридические лица отвечают всем своим имуществом, следует предотвратить обращение всего или большей части всего этого имущество на удовлетворение требований одного или нескольких наиболее расторопных кредиторов и лишение остальных кредиторов возможности получить хотя бы частичное удовлетворение. Наряду с этим нужно защитить интересы самого несостоятельного должника, и решение вопроса о сохранении или ликвидации подчинить установленным законом процедурам. Ликвидация безнадежно неплатежеспособных должников является вынужденной мерой. Она выводит неэффективные предприятия из числа действующих. Однако признание должника банкротом имеет и негативные последствия, поскольку затрагивает не только имущественные интересы должника, но и права и интересы большого круга других лиц. Поэтому законодательство предлагает комплекс мер по восстановлению платежеспособности должника, направленных на предотвращение массовых банкротств. Необходимо отметить, что угроза банкротства побуждает не только предпринимателя, но и органы государственного управления принимать активные меры к восстановлению акта баланса и улучшению деятельности коммерческих организаций, о чем убедительно свидетельствует опыт ЗИЛа, АЗЛК, КАМАЗа и других организаций, которые еще совсем недавно были кандидатами в банкроты.

В тоже время процедура банкротства для должника часто является положительной мерой. Она позволяет ему погасить свои обязательства за счет имеющегося имущества и затем, освободившись от долгов, начать или продолжить собственное дело.

Значение института банкротства заключается в том, что из гражданского оборота исключаются неплатежеспособные субъекты (в случае их ликвидации), что служит оздоровлению рынка, а с другой стороны, этот институт дает возможность ответственно действующим субъектам предпринимательской деятельности (гражданам предпринимателям и юридическим лицам различных форм собственности) реорганизовать свои дела и вновь достичь финансовой стабильности.

Существующая экономическая ситуация и отсутствие достаточного правового регулирования новых экономических отношений сделали неизбежным процесс разорения банков. Длительный марафон не выдержали и сошли с дистанции, потеряв лицензию на осуществление банковских операций, около 800 кредитных организаций из 2576, зарегистрированных Банком России на 01.07.97. В тоже время, из Книги государственной регистрации кредитных организаций на 18.07.97 исключено лишь 50 из них. Только в 314 кредитных организациях начаты и ведутся ликвидационные процедуры, иными словами, назначены конкурсные управляющие и созданы ликвидационные комиссии, однако уже в 127 из них Главными территориальными управлениями ЦБ РФ согласованы промежуточные ликвидационные балансы. Судьба остальных кредитных организаций и банков, лицензии которых были отозваны Банком России, до конца не определена. По данным, приведенным в статье заместителя начальника Управления по регулированию деятельности коммерческих банков ГУ ЦБ РФ по г. Москве - начальника сводно-аналитического отдела Е. Вороновой, в среднем на каждую отчетную дату около 48% действовавших в Москве в 1996 г. банков можно было отнести к числу проблемных, то есть испытывающих серьезные финансовые трудности или находящиеся в критическом финансовом состоянии1. Таким образом, банковские банкротства еще впереди. В настоящее время процесс банкротства банков очень сложен и длителен. Это, прежде всего, связано со спецификой, присущей этим организациям, которая не нашла отражения в Законе РФ "О несостоятельности (банкротстве) предприятий", а также с тем, что данные правоотношения являются новыми для современной России и, как следствие, сейчас нет достаточного количества квалифицированных специалистов, способных предвидеть данную ситуацию или предложить пути выхода из создавшегося положения. Многие проблемы, возникающие в связи с банкротством банка, могут быть решены только на государственном уровне. Но есть и такие, которых можно избежать. Один из начальных этапов на этом нелегком пути - повышение профессиональной подготовленности в вопросах банкротства банков. Банковская система играет важнейшую роль в современных экономических отношениях. Банки могут осуществлять многочисленные виды сделок. Каковы же общественно-значимые функции данного вида кредитных организаций? Во-первых, банки позволяют эффективно сберегать и, следовательно, аккумулировать денежные средства, накопление которых является основным условием расширенного воспроизводства и развития потребления. Во-вторых, банки предоставляют субъектам экономических отношений недостающую ликвидность (в виде кредитов, банковских гарантий и т.д.), что является основным стимулятором устойчивого развития современной экономики. Предоставление кредитов в то же время означает принципиальную возможность "создавать деньги", что неизбежно влияет на денежную систему государства. Наконец, в-третьих, через кредитные организации проходит основная масса платежей - как индивидуальных, так и крупных переводов, что позволяет контрагентам поддерживать экономические связи, даже находясь на большом расстоянии друг от друга. Таким образом, можно рассматривать кредитные организации с юридической точки зрения как институты, которые имеют двойную правовую природу: с одной стороны, кредитные организации - один из видов коммерческих и, следовательно, частно - правовых организаций. С другой стороны, их деятельность имеет публичное значение. В силу публичного характера кредитных организаций Федеральный закон "О банках и банковской деятельности" рассматривает их в определенном единстве - в виде банковской системы. Именно поэтому создана специальная система надзора за деятельностью кредитных организаций, их функционирование подчиняется правилам более строгим, чем те, на основе которых строится деятельность других коммерческих организаций. По указанным и некоторым другим причинам была признана необходимой разработка специального федерального закона, регулирующего проблемы несостоятельности (банкротства) кредитных организаций. Следует напомнить о причинах, в силу которых была признана необходимой разработка специального закона о банкротстве банков, устанавливающего особенности регулирования процедур банкротства кредитных организаций по сравнению с процедурами банкротства иных видов субъектов правоотношений. Во-первых, это специфика правовой природы кредитных организаций. Поскольку деятельность кредитных организаций имеет публичные черты, в процессе банкротства таких организаций происходит не столкновение частно - правовых интересов отдельных кредиторов - как взаимное, так и с интересами должника, а борьба частно - правовых интересов отдельных кредиторов с публично-правовым интересом, который реализуется в деятельности кредитной организации. Конфликт публично - правового и частно - правового интересов находит свое разрешение в деятельности Банка России как надзорного органа, управомоченного законом осуществлять банковский надзор и регулирование, в том числе выполнять функции, направленные на предотвращение банкротства кредитных организаций.

Цивилизованные рыночные отношения предполагают детальную разработку правовой базы процесса прекращения деятельности юридического лица. Реформирование российской экономики закономерно привело к необходимости создания Закона "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" (от 19.11.1992) и в последствие ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (от 08.01.1998).

В Законе о банкротстве 1997 г. кредитным организациям отведен только один параграф, состоящий из трех статей, и в отсутствие отдельного закона специфика банковского дела практически не учитывалась. Это осложняло решение вопросов о признании коммерческих банков несостоятельными и о применении к ним соответствующих процедур.

Важность законодательной разработки процедур несостоятельности кредитных организаций заключается в том, что несостоятельность - острая и болезненная ситуация не только для кредиторов банка, но и для самого должника, в большинстве случаев заинтересованного в спасении своего дела, защите имущества. С другой стороны, и государство заинтересовано в стабильности рыночных отношений, а, следовательно, и в предотвращении несостоятельности банков. Августовский кризис 1998 г. в России обострил эту проблему.

Необходимость наличия специального закона, регулирующего отношения, складывающиеся в связи с несостоятельностью банков, возникла давно. Поэтому научная литература сводится преимущественно к статьям в периодических изданиях. До издания ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" авторы, в составе которых имеются как теоретики, так и практики, рассуждали на тему каким будет закон, и строили самостоятельные юридические конструкции по данному вопросу. После принятия закона и отсутствием устоявшейся судебной практики исследователи занялись комментированием, толкованием закона и отысканием в нем недостатков. Таким образом, данная проблема в научной литературе освящается именно в указанных выше направлениях. Вот некоторые мнения, которые в ней отражены.

На взгляд А.Ю. Симановского1, в процедурах банкротства необходимо облегчить путь от кредитора к суду и определить для ЦБ РФ роль "третьей стороны", то есть консультанта, участника реорганизационных процедур, инициатора рассмотрения дел о проведении реорганизационных процедур, независимо от того, является ли кредитная организация формальным должником Банка России или нет. Автор отмечает целесообразность введения понятия "заинтересованных лиц", института ответственности заинтересованных лиц, виновных в доведении банка до банкротства.

Статья А.Г. Саркисянца освещает актуальную на фоне банковского кризиса тему слияния и банкротства банков в контексте изучения мирового и отечественного опыта. Автор отмечает, что "Россия, по образцу развития мировой экономической системы, претерпевшие процесс кардинальной перестройки сферы финансовых услуг. Усиление конкуренции, снижение доходности операций на финансовых рынках и усиление требований Центрального банка поставило многие банки перед выбором - слияние или банкротство. И, конечно, слияние рассматривается как более приемлемый выход, тем более что с позиции общественных интересов до определенного момента дешевле спасти банк, чем допустить его банкротство"1.

Одним из первых исследователей банкротства банков и предприятий-заемщиков за рубежом стала статья П. Вострикова2. Автор рассматривает варианты вмешательства в деятельность банков при угрозе их банкротства в США и Западной Европе, опыт оздоровления банковской системы в странах Восточной Европы, правовые аспекты банкротства заемщиков, причины банкротства банков. Отмечается, что зарубежные исследователи при изучении причин банкротства банков выделяют внешние и внутренние факторы.

К числу внешних относятся изменение общеэкономической ситуации, утрата банком доверия, массовое изъятие вкладов, обострение конкуренции, вмешательство акционеров в деятельность банка и др. Внутренние факторы не менее разнообразны и включают в себя некомпетентность руководства банка, недостатки внутрибанковской организации и системы контроля, спекуляцию, недостаточную отраслевую диверсификацию кредитов, слабый контроль за заемщиками, нарушение действующих нормативов, обман органов банковского надзора, криминальные манипуляции и др. Зарубежные исследователи, со слов автора, приходят к выводу, что подавляющее большинство банковских банкротств сводятся, в конечном счете, к внутренним причинам. Возможно, эти и другие положения исследования могут быть приемлемы и к отечественной практике банкротства банков.

Необходимость правового регулирования особенностей банкротства банков диктуется тем, что в отличие от большинства иных коммерческих организаций, обладающих общей правоспособностью в сфере предпринимательской деятельности (ст. 49 ГК РФ), банки наделены лишь ограниченной правоспособностью, в рамках которой они могут выполнять соответствующие банковские операции и совершать определенные сделки. Банкам запрещено заниматься производственной, торговой и страховой деятельностью. Кроме того, деятельность банков по привлечению денежных средств граждан и юридических лиц и последующему их размещению от своего имени нуждается в строгом надзоре и контроле со стороны государства. Нельзя не принимать во внимание также характер и размер негативных последствий банкротства банков для многочисленных вкладчиков и владельцев счетов - физических и юридических лиц.

Цель данной работы - рассмотреть и проанализировать механизм признания и объявления банка несостоятельным. В соответствии с поставленной целью в работе необходимо решить следующие задачи:

Рассмотреть развитие института банкротства, уделив особое внимание соотношению понятий "несостоятельность" и "банкротство".

Рассмотреть понятие банкротства с указанием его признаков.

Рассмотреть и охарактеризовать досудебные процедуры банкротства банков

Рассмотреть судебные процедуры банкротства банков.

ГЛАВА 1. Понятие и признаки банкротства.

1.1. Развитие института несостоятельности (банкротства)

Несостоятельность - такое положение должника, когда он не платит долги в течение определенного времени при том, что его пассив превышает актив, то есть финансовое состояние является неудовлетворительным.

Российский закон, как и многие другие аналогичные законы, оперируют понятиями "несостоятельность" и "банкротство", считая их синонимами.

Возникает вопрос: действительно ли несостоятельность означает банкротство и наоборот или эти термины имеют самостоятельное значение, и, следовательно, их необходимо дифференцировать?

В современном законодательстве понятия "несостоятельность" и "банкротство" не дифференцируются. Между тем в литературе высказывалось мнение, что банкротством следует считать несостоятельность, сопряженную с таким виновным поведением должника, которое причиняет или ставит цель причинить вред кредиторам. Такого мнения придерживались некоторые российские ученые конца X I X- начала Х Х века, в частности, Г.Ф. Шершеневич, П.П. Цитович, А.Ф. Трайнин - но формироваться оно начало значительно раньше.

Так, при изучении Банкротского Устава 1753 г., обращает на себя внимание тот факт, что вообще в нем употребляются оба понятия и "несостоятельность", и "банкротство", но, когда речь идет о каких-то неправомерных действиях торговцев, употребляется только понятие "банкротство". Например, в Уставе описывается распространенная в то время ситуация, когда "купцы набирают в долги немалые суммы деньгами и товарами, а затем объявляют себя банкротами, а через некоторое время таким похищенным чужим капиталом снова пускаются в торговые обороты и наживают состояния, не думая удовлетворить своих кредиторов, а когда те к ним обращаются, они отвечают, что после приключившегося с ними несчастья некоторые капиталы получили по наследству или другим образом"11. В таком контексте Устав ни разу не говорит о "несостоятельности", употребляя исключительно понятие "банкротство".

Такая же позиция присутствует и в следующем Уставе: 1763 г. Введение в него содержит рассуждение о том, что особую необходимость в данном Уставе имеет займодавец, который обманится в своем "занимателе", думая, что он человек "добрый и состоятельный". А.Х. Гольмстен пишет, что в этих трех пунктах займодавец может обмануться трояким образом: 1) должник, будучи "добрым" человеком впадет в несостоятельность; 2) будучи состоятельным, станет "плутом" и объявит себя банкротом; 3) в одно и то же время окажется "плутом" и несостоятельным2. Здесь можно проследить разграничение между "плутом" (банкротом) и добрым человеком, впадшим в несостоятельность (а не банкротство). Этим положением Устав вскользь коснулся проблемы весьма актуальной и в наши дни.

Впервые особое значение указанным понятиям придает Банкротский Устав 1768 г., заменяя термин "непорочный банкрот" термином "упадший", "которое звание должно обозначать в нем несчастного, а не дурного человека"1. Таким образом, термин "банкротство" предназначался для торговцев, виновных в том, что впали в несостоятельность.

Серьезная попытка дифференцировать эти понятия была сделана в Уставе 1800 г. В ст. 131 этого Устава указывается, что "для отличия беспорочного банкрота от прочих называть отныне пришедшего в несостояние упадшим, которое звание означает в нем несчастного, а не бесчестного человека; неосторожного и злого называть банкротом"2. Очевидно, тогда уже начало формироваться мнение о том, что банкрот - нечестный человек, имевший умысел на причинение вреда кредиторам.

Окончательно этот вопрос не был решен и в Уставе 1832 г., но из анализа его положений можно сделать вывод о том, что банкротство не является обязательным признаком несостоятельности. Такого мнения придерживались многие русские юристы. Так, П.П. Цитович, говоря о способах прекращения юридических лиц, отмечал, что "компания может быть объявлена несостоятельною, конечно, без квалификации несостоятельности в банкротство"3.

Г.Ф. Шершеневич писал, что "под банкротством следует понимать неосторожное или умышленное причинение несостоятельным должником ущерба кредиторам посредством уменьшения или сокрытия имущества"4. Таким образом, Г.Ф. Шершеневич считает, что банкротство предполагает несостоятельность, при этом необходимо только одновременно наличие несостоятельности и преступных действий, причинную связь между ними искать не следует. Несмотря на то, что законодательно четкого разграничения между понятиями не существовало, многие законы, регулирующие отдельные проблемы, по-разному относились к несостоятельным и банкротам. Так, в Законе "О правах и обязанностях семейственных", ясно прослеживается это разграничение5. Как отмечал П.П. Цитович, "несостоятельность торговца может оказаться банкротством, а сам он - банкротом с видами на тюрьму, если не на лишение всех прав состояния и ссылку"6.

А.Ф. Трайнин писал, что "банкротство - деликт своеобразный: он слагается из двух элементов, из которых один (несостоятельность) - понятие гражданского права, другой (банкротсткое деяние)- понятие уголовного права. Эта сложность состава банкротства чрезмерно затемняет его юридическую природу"7.

В связи с этим в российском праве возникла дискуссия о том, с какого момента должны применяться уголовные нормы к банкроту. Утверждалось, что уголовное преследование не должно зависеть от решения гражданского суда, при чем для возбуждения уголовного дела достаточно наличия преступных признаков по факту прекращения платежей, поскольку преступление должно преследоваться непосредственно после его обнаружения. Но если вопрос о банкротстве будет решаться уголовным судом до решения гражданским судом вопроса о несостоятельности, то возможно столкновение двух юрисдикций.

Г.Ф. Шершеневич считал, что если "лицо относительно которого гражданский суд отверг наличность несостоятельности, будет осуждено как банкрот уголовным судом, и наоборот, когда лицо, объявленное несостоятельным от имени гражданского суда, будет освобождено от уголовного преследования, несмотря на обнаружения в конкурсном процессе улики, то такая ситуация будет вести к подрыву судебного авторитета и многочисленным судебным ошибкам, вызванным хотя бы тем, что гражданский суд гораздо более компетентен в вопросах несостоятельности, чем уголовный"1. По мнению Г.Ф. Шершеневича, компетенция уголовного суда должна начинаться с момента признания несостоятельности и определения ее свойства судом гражданским.

Таким образом, в дореволюционном конкурсном праве обязанности по определению свойства несостоятельности лежали на органах конкурсного производства. Вопрос о наличии признаков банкротства (преступных действий) должника сначала решался конкурсным управлением (причем тогда, когда все гражданское производство будет окончено), затем общим собранием кредиторов. Окончательно этот вопрос решал гражданский суд, решения которого были принципиальными для возбуждения уголовного преследования2.

Однако на практике такое решение вопроса о банкротстве не имело положительного значения, поскольку конкурсное управление призвано было осуществлять не свойственные ему функции публичного обвинения. Это привело к бездействию конкурсного управления в этом направлении. Так, А.Ф. Трайнин приводит интересные данные: с 1902 по 1908 г. в среднем по России за банкротство было осуждено менее двух человек, причем количество оправданных по обвинению в банкротстве составило 87,7 %, в то время как средний процент оправданных по остальным преступлениям равнялся 36,5 %3. Эти факты говорили о том, что решить дело было крайне сложно, поскольку все материалы попадали в уголовный суд слишком поздно, уже на завершающем этапе конкурсного производства.

Некоторые ученые говорили о том, что нельзя предоставлять конкурсу и собранию кредиторов возможность решать вопрос о свойстве несостоятельности, поскольку это означает "перенесение судебных функций с суда государственного на установление частное, что никоим образом не может быть допущено"4. Такого мнения придерживался Н.А. Тур, говоря, что "обсуждение в порядке конкурсного производства вопроса о виновности должника в банкротстве, с одной стороны, излишне усложняет конкурсное производство, а с другой - без всякого основания стесняет преследование должника в уголовном порядке"1.

А.Ф. Трайнин2 видел решение данной проблемы в необходимости установления вмешательства прокурора в дело непосредственно после объявления судом несостоятельности, с тем, чтобы освободить конкурсное управление от необходимости решать вопрос о свойстве несостоятельности и не потерять время, необходимое для доказывания факта банкротства. А.Ф. Трайнин считал, что отделение гражданского производства о несостоятельности от уголовного производства о банкротстве обеспечит интересы должника, обезопасив его от личного усмотрения кредиторов.

Очень четко понятия "несостоятельность" и "банкротство" разграничивались во Франции. Из истории известен следующий интересный факт: при обсуждении в Государственном совете проекта соответствующего закона Наполеон настаивал на том, что банкротом следует называть каждого несостоятельного, пока он не докажет отсутствие намерения причинить вред кредиторам и не получит от суда свидетельства, его оправдывающего. Однако это предложение было признано слишком суровым и не вошло в закон3. К.И.. Малышев отмечал, что некоторые колебания в терминологии остались после принятия Уложения о несостоятельности, но они окончательно исчезли как во французском законодательстве, так и в литературе 70-х годов XIX в.

В период НЭПа нормы о несостоятельности были включены в ГК РСФСР 1922 г., затем в ГПК в виде дополнения главы 37 в 1927 г. Конкурсное право того периода существенно отличалось от дореволюционного, сданного в архив истории (по выражению одного из ученых того времени)4. Процесс о несостоятельности был весьма сокращен (часто в ущерб качеству), проводился не кредиторами (практически не имевшими никаких прав), а государственными органами. По сути, это была аномалия конкурсного права и процесса. Но даже тогда наблюдались попытки разграничить указанные понятия. А.Ф. Клейнман писал, что сама по себе несостоятельность не рассматривается как банкротство, то есть социально-опасное действие, влекущее применение мер социальной защиты, - но, если в процессе ликвидации выявятся такие моменты в деятельности несостоятельного, которые свидетельствуют о злоупотреблении доверием или обмане со стороны должника с целью получения имущественных выгод, суд должен будет возбудить против виновного уголовное преследование по ст. 169 УК РСФСР5. Со свертыванием НЭПа применение института несостоятельности на практике прекратилось, в связи, с чем некоторые разделы через определенное время были исключены из кодексов, а также из учебников по гражданскому праву и процессу как не имеющие практической значимости. Советское право отказалось от регулирования отношений, связанных с несостоятельностью; поскольку существование данного института совершенно недопустимо с монополией государственной собственности и господством плановых начал в экономике. В результате на протяжении многих десятилетий функционировали многие нерентабельные, убыточные предприятия, поддерживаемые за счет государственного финансирования и периодического списания долгов. Отсутствие в законодательстве института банкротства породило неустойчивость кредитных отношений, нездоровое положение в сфере предпринимательства, незащищенность участников гражданского оборота. Безусловно, такая ситуация недопустима в рыночной экономике.

Первая попытка возродить отношения, связанные с несостоятельностью, была предпринята в связи с Указом Президента РФ от 14 июня 1992 г. N 623 "О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применении к ним специальных процедур". Однако на практике этот Указ имел весьма ограниченное применение из-за содержавшихся в нем неточностей и ошибок. Пункт 30 Указа определял вступление его в силу: с момента опубликования до принятия Закона "О банкротстве". 19 ноября 1992 г. был принят Закон РФ "О несостоятельности (банкротстве) предприятий, в соответствии с которым стало возможно проведение конкурсного процесса. Постепенно практика применения этого закона выявила существенные его недостатки.

В ряду недостатков указанного закона можно назвать неурегулирование им многих вопросов, возникающих в ходе реорганизационных процедур (например, было неясно, мог ли арбитражный управляющий совершать сделки, запрещенные уставом юридического лица для его руководителя1); невозможность или крайняя затруднительность спасения бизнеса (поскольку продажа предприятия как имущественного комплекса могла проводиться только на стадии ликвидации юридического лица); невозможность признания недействительными сделок должника на этапе внешнего управления, что существенно нарушало права кредиторов; отсутствие механизма признания несостоятельности физических лиц - индивидуальных предпринимателей и возможности объявления банкротами лиц, не имевших такого статуса; отсутствие дифференциации механизма банкротства различных категорий должников (кредитных, сельскохозяйственных, градообразующих организаций); невозможность осуществления ликвидации некоторых юридических лиц, у которых отсутствовали какие-либо средства, несмотря на то, что решение о ликвидации было вынесено арбитражным судом, он не могло быть исполнено, так как для этого было необходимо, чтобы кредиторы перечислили сумму, составляющую авансов вознаграждения конкурсного управляющего, а кредиторы, естественно не были заинтересованы в дополнительных расходах.

Представляется принципиально неправильным абсолютно одинаковый, одномерный подход ко всем категориям должников при применении к ним процедур банкротства, как это имело место в ранее действовавшем законодательстве. Закон не делал никаких различий между юридическим лицом и индивидуальным предпринимателем; между крупным (зачастую градообразующим) предприятием и посреднической организацией, не обладавшей собственным имуществом; торговым предприятием и крестьянским (фермерским) хозяйством; промышленным предприятием и кредитной организацией. В Законе 1992 г. разграничение юридических лиц и граждан по признакам банкротства отсутствовало. Кроме того, Закон 1992 г. распространялся только на граждан, зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, и юридических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При регулировании порядка применения процедур банкротства прежний закон совершенно не учитывал многообразие ситуаций, в которых могут оказаться должник и его кредиторы. К примеру, арбитражным судам зачастую приходилось сталкиваться со случаями, когда руководитель организации должника отсутствует и место его нахождения установить невозможно, когда должник не располагал имуществом, необходимым даже для покрытия судебных издержек и т.п. Во всех подобных случаях арбитражный суд должен был, как предписывал закон, объявить должника банкротом, открыть конкурсное производство и для его осуществления назначить конкурсного управляющего. Естественно, ни один из кредиторов не соглашался перечислить на депозитный счет арбитражного суда денежную сумму, необходимую для выплаты конкурсному управляющему вознаграждения (хотя бы в порядке аванса). Решения арбитражного суда о банкротстве таких должников в принципе было невозможно реализовать, поэтому суды хранили такие дела в сейфах, а должники, признанные банкротами, продолжали числиться в реестре юридических лиц.

Наличие пробелов в Законе о банкротстве 1992 года послужила причиной принятия многочисленных подзаконных актов. Достаточно сказать, что к моменту принятия нового закона в области несостоятельности (банкротства) действовало уже свыше 30 указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации и ведомственных нормативных актов.

Но кроме недостатков Закон имел и положительный эффект, который состоял в том, что появилась принципиальная возможность признания банкротством нерентабельных хозяйствующих субъектов. Также количество рассмотренных арбитражным судом дел увеличилось со 100 в 1993 году до 1035 в 1996году1. В 1997 году по данным руководителя Федеральной службы по делам о несостоятельности Георгия Таля, было 3700 банкротств предприятий2.

Результатом пятилетнего действия этого Закона, в процессе которого выявились и анализировались его недостатки и достоинства, стала разработка и принятие ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" от 8 января 1998г. Новый закон, по словам того же Таля, означает для самого банкрота возможность возобновление бизнеса для кредиторов - максимальное возмещение его требований1. Представляется верным мнение, в соответствии с которым новый Закон ставит целью обеспечить баланс сил участников конкурсного процесса2. Безусловно, применение нового Закона будет способствовать достижению целей конкурсного права и процесса на более высоком качественном уровне3.

Однако после анализа некоторых положения Закона обнаруживаются определенные недостатки. Согласно п. 2 ст. 3 "юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или), обязанности не исполнены им в течение трех месяцев с момента наступления даты их исполнения".

По смыслу данного определения признаком банкротства является наличие просроченной кредиторской задолженности свыше трех месяцев. Однако в п. 2 ст. 4 Закона предусмотрено, что для определения признаков банкротства должника принимается во внимание размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни и здоровью, обязательств по выплате авторского вознаграждения, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника - юридического лица, вытекающих из такого участия. Подлежащие уплате за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства неустойки (штрафы, пеня) не учитываются при определении размера денежных обязательств. Согласно п. 3 ст. 4 Закона для определения наличия признаков банкротства должника принимается во внимание размер обязательных платежей без учета установленных законодательством РФ штрафов (пени) и иных финансовых (экономических) санкций. Из данного определения для установления наличия признаков банкротства предприятия учитывается не сумма просроченной кредиторской задолженности, а сумма кредиторской задолженности в совокупности, которая для возбуждения дела о банкротстве должника - юридического лица должна быть не менее 500 минимальных размеров оплаты труда (п. 2 ст. 5 Закона). В тоже время в п. 2 ст. 29 Закона предусмотрено, что заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее 500 минимальных размеров оплаты труда и указанные требования не погашены в течение трех месяцев, то есть дело о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом, если сумма просроченной кредиторской задолженности свыше трех месяцев составляет не менее 500 минимальных размеров оплаты труда. Таким образом, нечеткость ст. ст. 3, 4, 5 и 29 Закона противоречие и несовместимость между ними очевидны.

В целях сокращения судебных расходов целесообразно применять внесудебное финансовое оздоровление неплатежеспособных предприятий. Однако, несмотря на то, что ст. 26 Закона называется "Меры по предупреждению банкротства организаций", в ней не предусмотрено никаких конкретных мер. Представляется более логичным рекомендовать меры по восстановлению платежеспособности должника, предусмотренные при судебной санации (ст. 85 Закона).

На любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник и кредиторы вправе заключить мировое соглашение (п. 1 ст. 120 Закона). Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 123 Закона мировое соглашение может быть заключено после погашения задолженности после погашения требования кредиторов первой и второй очереди.

Содержание мирового соглашения установлено в ст. 122 Закона. Однако необходимо отметить, что в Законе (ст. 122) не предусмотрены конкретные размеры, порядок, сроки и гарантии исполнения обязательств должника. Это может значительно осложнить процесс заключения мирового соглашения между должником и кредиторами.

Для примера можно привести опыт Германии: в заявлении о заключении мирового соглашения должник должен обязательство погасить задолженность в размере не менее 35% от общей суммы, если срок отсрочки платежей до 12 месяцев, не менее 40%- если срок отсрочки до 18 месяцев, более 40%- если срок отсрочки более 18 месяцев1.

Еще один важный аспект- это обеспечение социальной защиты работников (акционеров) при санации (досудебной и судебной) и банкротстве (ликвидации по решению арбитражного суда, добровольно ликвидации) предприятий - должников. К этому относятся вопросы сокращения численности работников: количество сокращаемых, условия и сроки увольнения, обеспечение выплаты компенсаций, обязательства вновь созданного на базе предприятия- банкрота предприятия по приеме на работу части старых работников, обязательства должника по переподготовке и повышению квалификации работников и др. К сожалению, и те, и другие вопросы в Законе не предусмотрены.

Так П. Баренбойм, один из разработчиков закона, отмечал, что в законодательстве ряда стран используется термин "несостоятельность", термин же "банкротство" не употребляется2.

В других станах, к примеру, в США, напротив, используется только понятие "банкротство". А в Белоруссии понятие "несостоятельность" четко отделено от понятия "банкротство". П. Баренбойм, однако, считает, что "российский законодатель поступил правильно, подкрепив новый термин "несостоятельность" распространенным и достаточно энергичным термином "банкротство".

Однако с этим мнением нельзя согласиться, поскольку речь идет не просто об употреблении терминов и не об эмоциональном воздействии на должников, а о принципиальной разнице между этими понятиями. Эта разница, будучи законодательно закрепленной, должна повлечь различные правовые последствия для несостоятельных и банкротов, разное отношение к ним.

Ситуация когда должник в одно и то же время окажется и "плутом" и "несостоятельным", в современном законодательстве получила название фиктивного банкротства. ФЗ " О несостоятельности (банкротстве) в ст. 10 определяет фиктивное банкротство как "наличие у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме". Если следовать логике закона, для которого "несостоятельность" и "банкротство" синонимичны, получается, что "банкротством" одновременно являются и состояние должника, и его действия. Подобная неточность в законе недопустима.

Подобного мнения придерживаются многие ученые, исследующие соответствующие проблемы. "В принципе несостоятельность и банкротство - не тождественные понятия", - считает М.В. Талан1.

А.Г. Лордкипанидзе отмечает, что в настоящее время в большинстве стран нормы, регулирующие уголовно-правовые вопросы (то есть вопросы банкротства), исключены из законодательства о несостоятельности и инкорпорированы в уголовные кодексы, причем применяются они только к физическим лицам, а для отношений, возникающих при несостоятельности применяется выражение "злостное банкротство"2.

Кроме того, следует отметить, что прекращение конкурсного производства прекращает гражданско-правовые последствия, то есть последствия несостоятельности, но не последствия банкротства. Уголовно-правовое преследование лиц, виновных в банкротстве, должно продолжаться и после окончания производства дела о несостоятельности. Таким образом, представляется необходимым разграничить понятия "несостоятельность" и "банкротство" и применять понятие "банкротство" только в случаях неправомерного поведения должника, причинившего ущерб кредиторам, поскольку это будет способствовать более точной юридической классификации рассмотренных понятий.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9



Рефераты Практические задания Лекции
Учебный контент

© ref.rushkolnik.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации