Цитация и аллюзия в региональной периодике

скачать (97.5 kb.)

  1   2
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

СЕВЕРНЫЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


Кафедра русского языка


КУРСОВАЯ РАБОТА

«Цитация и аллюзия в региональной периодике»


Выполнила: студентка IV курса

филологического факультета гр. РЛ-31

КУШНАРЕВА Татьяна
Проверила: МАГЕРАМОВА Ю.Ю.


Магадан 2006год

I. ВВЕДЕНИЕ

1. Актуальность. На мой взгляд, актуальность изучаемой проблемы в том, что примеры цитации и аллюзии очень часто встречаются на страницах печатных СМИ как общероссийского так и областного формата. А по сему изучение этих явление закономерно и оправдано.
2. Научная новизна. Эта проблема изучается впервые на региональном материале.
3. Предмет исследования. Предметом исследования является аллюзия и цитация в текстах региональной периодики.
4. Объект исследования. Изучение функционирования аллюзии и цитации в публицистических текстах.
5. Цель. Проанализировать и описать основные примеры создания аллюзии и цитации в текстах региональной публицистики.
6. Задачи.

-Теоретическое осмысление терминов

- Подбор фактического материала

- Установление авторства

- Типизация аллюзии и цитации

- Классификация и анализ полученных данных
7. Методы и приемы

- сплошной выборки

- статистической обработки материала

- описательный и аналитический метод

II. ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ

§1. Аллюзия.

Аллюзия – термин обозначающий стилистический прием. В литературоведении аллюзия изучается как «словесный художественный образ» (Тухарели М.Д. Аллюзия в системе художественного произведения.) с точки зрения ее роли в системе формы и содержания литературного произведения. Нередко аллюзии описываются в работах, посвященных прозаическим и поэтическим сочетанием того или иного автора при установлении источников его творчества. В то же время аллюзия анализируется с позиции стилистики и филологического комментирования текста в целом. Предпринимались попытки исследовать феномен аллюзии в рамках лингвистики текста и теории речевых актов.

В последнее время внимание к аллюзии возросло в связи с интересом к неявным способам передачи информации в тексте. Аллюзия, рассматриваемая как средство создания добавочного имплицитного смысла, привлекается к анализу понятий импликации, пресуппозиции, подтекста.

Имплицитный смысл высказывания, текста мы осознаем в значительной степени благодаря знанию того мира, в котором живем. Это положение верно как по отношению к реплике устного диалога, так и для письменного литературно-художественного текста. Художественному произведению свойственна диалогичность, устанавливающая контакт между автором и читателем в рамках данной социально-культурной традиции и предполагающая наличие у них общих фоновых знаний. Знания, объединяющие адресата и адресанта, бывают двоякого рода. Они могут входить собственно в контекст культуры, контекст определенной эпохи или в так называемый «психологический контекст» (Мыркин В.Я. Типы контекстов. Коммуникативный контекст), т.е. основываться на совместном прошлом опыте участников коммуникативной ситуации. Последние ведут к сознанию в художественном тексте «эзотерического смысла», смысла для посвященных, как правило, трудно поддающегося расшифровке. Чаще всего в литературном произведении встречаются отсылки к фоновым знаниям первого рода. В системе художественного текста они реализуются через категорию вертикального контекста, понимаемого как «историко-филологический контекст данного литературного произведения» (Ахманова О.С., Гюббенет И.В. «Вертикальный контекст» как филологическая проблема//Вопросы языкознания 1977. №3 с 49). Это та часть историко-филологических сведений эпохи, которую, исходя из своего творческого замысла, автор считает необходимым ввести в текст.

Аллюзия является характерным для литературно-художественного произведения способом связи текста, интенции автора и вертикального контекста произведения. В работах современных исследователей она определяется как специфический намек, особенность которого состоит в «иносказании», т.е. в косвенной, путем упоминания какого-нибудь имени или названия, отсылке к общеизвестному литературному произведению литературному произведению или историческому факту. По мнению некоторых лингвистов аллюзитивность – определяющая черта функционирования некоторых элементов вертикального контекста. Аллюзитивный процесс в таком случае становится процессом, соединяющим текст с фоновыми знаниями читателя в конкретный исторический период, с набором «общих мест» или «ситуационных моделей», имеющихся на момент создания произведения и заключающих в себе социально-историческую и филологическую информацию.

Изучая аллюзию в современном языке, следует помнить, что она начала свою историю как фигура риторическая. Этимологический термин «аллюзия» восходит к лат. «alludere» (от «ludere» - «играть, шутить», а также «намекать»). Непосредственным этимоном слова послужило позднелатинское «alusion», «как будто скорее его осуждает, чем определяет, ибо, происходя от лат. глагола «ludo» - «играю», слово вызывает сомнения, если не вовсе отрицает за ним глубину, серьезность и возвышенность» (Грасиан Б. Остроумие, или Искусство изощренного ума//Испанская эстетика. Ренессанс. Барокко. Просвещение. М., 1977 с 452).

Риторики античности и Ренессанса относили аллюзию к фигурам слова. Традиция долгое время сближала аллюзию и парономазию, каламбур, игру слов. Место ей отводилось исключительно в комедии. Аллюзия принималась как замена в словах лишь какой-нибудь одной буква, приводившая к шутливой двусмысленности, как минимальное, на уровне звука или слога, изменение звукового состава слова, вызывавшее изменение его значения (нередко на противоположное). Если парономазия заключается в использовании двух близких по значению слов, что употребленное слово вызывает ассоциацию с другим, сходным по звучанию, но подразумеваемым словом.

Значение аллюзии как словесной фигуры, как одной из форм игры слов сохраняется, хотя и отступает на второй план. Однако словесная аллюзия, созданная намеренным обыгрыванием слова, которое чревато иным, нежели буквальный, смыслом, оценивается явно ниже, чем аллюзия реальная, которой уделяется главное внимание.

Реальные, действительные аллюзии намекают на какой-то факт истории или мифологии, на общепринятое мнение, к5рылатое выражение великого писателя. Они должны напоминать о том, что принадлежат всеобщему владению, что входят в общий пресуппозиционный фонд говорящего и слушающего.

Значительным шагом к разработке лингвистической инте6рпритации стал пересмотр репертуара риторических фигур в концепции неориторики.

Реальная аллюзия – «прием употребления какого-нибудь имени или названия, намекающего на известный литературный или историко-культурный факт», - это стилистическая фигура референциального характера, опирающаяся на экстралингвистические пресуппозиции говорящего и слушающего, автора и читателя, на историко-культурный компонент их фоновых знаний. Ее можно представить как сравнение двух референциальных ситуаций, из которых одна выражена в поверхностной структуре текста, а другая подразумевается, т.е. содержится в совокупности фоновых знаний адресата. Вспомнив благодаря направленным ассоциациям ситуационную модель, связанную с давним аллюзивным словом, высказыванием, адресат должен сравнить ее с реально существующим контекстом. Между референтными ситуациями устанавливаются отношения соответствия или несоответствия, изменяющие восприятие содержания высказывания или текста, а нередко ведущие к пересмотру их буквального смысла.

По признаку сравнения двух референциальных ситуаций аллюзия отличается, с одной стороны, от метафоры и аллегории как продолженной метафоры, где одному означающему также соответствует два означаемых, а с другой – от коннотации, которая, как и аллюзия, характеризуется ассоциативностью.

Указанные особенности аллюзии как стилистической фигуры позволяют разграничить аллюзию и собственно намек. Явление намека по своей структуре сложнее аллюзии. Намек – речевой акт особого свойства, целенаправленный и обоснованный со стороны говорящего, стремящегося побудить слушающего к нужной ему реакции. В следующей главе, посвященной цитации, будет также затронута и аллюзия.

§ 2. Цитация.

В специальной литературе термин цитация и аппликация ло сих пор не разведены ни концептуально, ни терминологически, и обозначаются дублетными терминами цитация или цитирование. Не способствуют разведению этих двух понятий и словарные определения цитаты как «дословной выдержки из какого-либо текста»: в приведенной дефиниции отсутствует конкретизирующее уточнение «с указанием на источник», а без такого уточнения цитирование и текстовую аппликацию противопоставить невозможно.

Текстовая аппликация используется в расчете на то, что адресат речи вспомнит текст, послуживший источником «цитаты без кавычек». Именно поэтому такие цитаты называются коммеморатами (лат. commemoratio – «воспоминание, напоминание»), литературными реминисценциями (лат. reminiscentia –«воспоминание»). Еще два термина этого же дублетного ряда – литературная цитата и цитата-реминисценция – указывают на связь текстовых аппликаций со сферой цитирования; опроная функция художественного текста подчеркивается определением «литературный».

При условии длительного, многократного использования коммемораты превращаются в крылатые слова – «переходящие из уст в уст выражения, которые отличаются от пословиц и поговорок тем, что они являются цитатами, восходящими к определенному литературному источнику.

Основной функцией текстовой аппликации является ассоциативная ссылка к опорному тексту (тексту-ассоциату) и обогащение авторской речи соответствующими аннотациями и образцами. Наличие такой ссылки делает возможной классификацию крылатых слов по опорному тексту.

Рассмотрим отношение текстовой аппликации к аллюзии; последняя может быть определена как прием, состоящий в ассоциативной отсылке к известному для адресата факту виртуальной либо реальной действительности. В соответствии со своим источником аллюзии подразделяются на литературные, библейские, мифологические, исторические, бытовые. И,Р, Гальперин отмечает, что в структурном плане аллюзия представляет собой «слово или фразу». Возникает вопрос: чем «фразовая» аллюзия отличается от текстовой. Думается, что основой аллюзии целесообразно считать только однословную единицу ( либо ряд однословных единиц, не отражающих лексико-грамматической структуры исходного текстового фрагмента).

Таким образом текстовая аппликация представляет собой полное и точное воспроизведение части какого-либо текста, аллюзия – фрагментарное, неточное; от цитирования (если учесть, что объектом цитации можно считать и отдельное слово) эти две фигуры речи отличает лишь отсутствие ссылочной части.

В современной специальной литературе цитирование довольно часто используется в неоправданно широком смысле, обозначает практически все описанные выше способы использование чужой речи, чужого слова. В этом случае под цитацией понимается любая форма межтекстового взаимодействия.

Проблема цитации, интертекста, "чужого" слова в "своем" является в настоящее время одной из самых популярных, хотя и начала разрабатыватьсясравнительно недавно. Вплоть до 1960-х гг. цитирование не становилось предметом специального интереса в отечественном литературоведении. В то же время тема цитации подспудно присутствовала в целом ряде работ, посвященных проблеме художественных взаимосвязей и влияний, в трудах отечественных и зарубежных компаративистов. Однако ученые достаточно редко употребляли само слово "цитата" (или "реминисценция", "аллюзия"), предпочитая говорить о заимствованиях, образных и сюжетно-тематических перекличках, влияниях, намеках, полемической интерпретации мотива и т.д. Как правило, проблема цитирования затрагивалась исследователями лишь косвенно, для решения конкретных задач историко-литературного характера, а слова "цитата", "реминисценция", "аллюзия" употреблялись как служебные понятия, маркирующие факт наличия художественных связей между теми или иными произведениями.

Качественно новый этап осмысления проблемы в России пришелся на 1960-е годы, когда в активный читательский и литературоведческий оборот была ведена поэзия рубежа веков, в особенности лирика акмеистов. В распоряжении исследователей оказался эмпирический материал, работа с которым привела к иному взгляду на явление цитации. Сначала на примерах творчества виднейших поэтов "серебряного века", а затем целого ряда других художников было показано, что цитата, аллюзия, любая форма литературной переклички - не частный, второстепенный элемент текста, а указание на существенную грань авторского замысла. Цитирование стало рассматриваться как принципиально важный прием художественного смыслообразования и одновременно апелляция к авторитетной, актуальной в глазах автора литературной традиции.

Широкое распространение учения М.Бахтина о "чужом" слове, о диалоге

как универсальной общекультурной категории, с одной стороны, и структурно семиотический подход к тексту, разработанный тартуско-московской школой, с другой стороны, дали новый толчок изучению проблемы. В этом контексте цитата, представляющая собой в широком литературоведческом понимании "любого вида перекличку, соединяющую между собой литературные памятники" (И.П.Смирнов), оказывается частным проявлением "чужого" слова, а цитирование - одним из способов осуществления диалога между текстами в культурном пространстве.

Наконец, развитием принципиальных положений М.Бахтина явилась теория интертекста, паратекстуальности, транстекстуальности, получившая свое максимальное выражение прежде всего в западном литературоведении и культу рологии. Идеи Ю.Кристевой и ее последователей обозначили новую стадию разработки проблемы, когда каждый текст стал рассматриваться как мозаика цитат.

Сами понятия "цитата", "интертекст", "метатекст" оказались в значительной степени размытыми, а проблема интертекстуальности - сферой интересов разных филологических дисциплин и точкой приложения различных методик гуманитарного анализа.

Таким образом, при обилии публикаций, свидетельствующих о колоссальной важности и научной востребованности проблемы цитации, к ней до сих пор не выработано единого подхода. Ни в отечественной, ни в западной науке

пока не определены границы понятия "цитата", нет единых критериев классификации цитат и их функций, произвольна терминология, крайне мало теоретических работ, в которых предпринята попытка суммировать накопленный опыт и предложить концепцию цитаты с учетом многообразия имеющихся литературных фактов. Это вызвало необходимость включить в публикуемые материалы работы, которые с различных методологических позиций рассматривают проблему цитирования, будь то лингвистический анализ, более широкий литературоведческий подход или культурологический взгляд. Проблема цитирования изначально связана с важнейшими проблемами филологии: представлением о тексте и методах его интерпретации, о способах осуществления художественной коммуникации, о путях реализации литературных влияний, о содержании понятий "традиция" и "преемственность". В целом ряде работ, вошедших в перечень, слова "цитата", "реминисценция", "аллюзия" никак не фигурируют в самом заглавии научного труда, зачастую посвященного иной проблеме, но содержащего ценные замечания и наблюдения по интересующей нас теме. Подавляющее большинство таких работ носит историко-литературный характер.

Во многих исследованиях, вошедших в публикуемые материалы, рассматривается какой-либо из аспектов проблемы: цитата как частное проявление "чужого" слова, типология и функции цитат в текстах различного типа, вопрос об осознанности/неосознанности цитирования, узнавания/неузнавания цитат, форм бытования цитатного слова в тексте. К ним относятся также крылатые слова, пословицы, поговорки, что обусловило включение в библиографические материалы соответствующих словарей. Особо следует упомянуть литературные имена (имена авторов, литературных героев, заглавия текстов, имена известных личностей, топонимы и т.д.). Ономастические цитаты - очень мощное средство аккумуляции реминисцентного содержания и его реализации в тексте. Более того, в определенном смысле любое имя реминисцентно. Однако в предыдущем выпуске "Литературного текста…" были опубликованы библиографические материалы по имени литературного персонажа, составленные Н.В.Виноградовой. Поэтому в настоящей публикации мы указываем лишь сравнительно немногочисленные работы, в которых акцент сделан именно на цитатной функции литературного онима, на тех дополнительных смыслах, которые он порождает, взаимодействуя с другими элементами текста. В остальном мы отсылаем читателя к указанной выше работе.

Еще одно ограничение касается обширнейшей литературы по архетипам и мифологемам. Хотя несомненно, что мифологема в художественном тексте так-

же является разновидностью "чужого" слова, обилие материалов и известная обособленность методологии мифологической школы заставили отказаться от включения соответствующей литературы в данный библиографический список. В то же время в нем представлены работы, где в роли цитаты выступает традиционный символ, несущий литературные (в том числе и мифопоэтические) смыслы и коннотации, связанные с тем или иным художником, произведением, стилем.

  1   2



Рефераты Практические задания Лекции
Учебный контент

© ref.rushkolnik.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации